Удивительная все-таки штука: топ-менеджер, который спокойно выдерживает многочасовые переговоры с инвесторами, умеет отстаивать интересы компании перед акционерами и принимает решения на миллиарды, вдруг обнаруживает, что рядом с одним конкретным человеком совершенно перестает быть похожим на самого себя.
Например, с командой он вполне взрослый, устойчивый и уверенный руководитель. А в разговоре с председателем совета директоров вдруг начинает оправдываться, слишком много объяснять, искать одобрения или, наоборот, защищаться от любого вопроса, как будто речь идет не о рабочей ситуации, а об оценке его профессиональной пригодности.
И ведь компетенции никуда не делись. Опыт, интеллект, знание бизнеса, способность анализировать риски — всё на месте. Что происходит?
На курсе «Искусство сложных коммуникаций в бизнесе» мы много говорим о том, что человек не существует отдельно от отношений. Мы проявляемся по-разному в зависимости от того, с кем встречаемся, какое место занимаем в системе и какие части нашего собственного опыта оказываются задействованы в этой встрече.
Один человек помогает нам чувствовать себя компетентными и самостоятельными. Другой, возможно, сам того не желая, попадает в какую-то нашу старую историю, где нужно заслуживать признание, бояться ошибки или защищать свое право быть услышанным.
И вот уже в разговор входит не только CEO с его управленческим опытом, но и весь этот накопленный за жизнь багаж. Причем управляет нашим поведением зачастую именно та его часть, которую мы меньше всего осознаем.
Поэтому, когда замечаете, что рядом с определенным человеком вам становится непривычно трудно, я бы предложила не спешить с выводами о его токсичности или собственной слабости.
Попробуйте посмотреть, что именно меняется в вас. Какие мысли появляются, чего хочется избежать, что становится особенно важным получить от этого человека? И насколько то, что вы начинаете делать, действительно помогает решать рабочую задачу?
В конце концов, возможность по-разному проявляться в отношениях — это и наша сложность, и наш потенциал. Вопрос в том, насколько свободно мы можем выбирать, какими быть.